(no subject)

Мой журнал!
Что хочу, то и делаю. Хочу - мою, хочу - с грязным хожу.

Открыть что ли клуб?

Китайский песик Чау-чау

(no subject)

Одиночество - естественное состояние человека.

Ты никого не обидишь ненароком.
Тебя никто не разбудит.
Тебе никто не будет ничего заслонять.
Ты выключишь свет, когда это тебе будет нужно.
Тебе никто не наступит на ногу.
Никто не уйдет в твоих ботинках.
Шутки, которые ты придумал, будут смешны всем в комнате.
И вообще, у тебя с собой всегда одинаковое настроение.

Просто счастье какое-то.

Которое и делить-то не надо.

(no subject)

Без вредных привычек, кроме привычки жить.

(no subject)

В Стране Дураков может и не оказаться Поля чудес...

(no subject)

Только что не туда попал.
Ответа снявшего трубку не понял.
Уж больно великим и могучим оказался его русский язык.

Настало время сомнений и тягостных раздумий.

(no subject)

...и на визитной карточке, после всех постов и регалий было аккуратно напечатано золотом
"Можете не звонить - не звоните!"

(no subject)

Дуэльно - процессуальный кодекс (с комментариями)

Memoires. Яичница.

Однажды, лет этак десять назад, после непрекращающегося ночного праздника, проходившего в, по крайней мере, четырех ночных клубах (четыре помню точно), судьба занесла меня в странное место. Точнее, это была не судьба. Это был бармен из популярного тогда клуба "М-Э", который после смены, часов около пяти, привез меня в небольшое кафе.
Кафе называлось как-то совсем просто. "За углом" или "Уголок". Там никого не было. Была одна лишь милая девушка-официант-бармен, которая молча смешала моему новому знакомому коктейль, принесла ему, улыбнулась, и внезапно оказалась женой моего спутника, бармена Игоря.

Сев к нему на колени, она посмотрела на меня. И спросила, не голоден ли я. Выпить она мне не предложила, за что я ей до сих пор благодарен - праздник затянулся, и имел все шансы закончиться с последним коктейлем.

Я улыбнулся, помотал головой, а потом спросил, есть ли у них в меню яичница. Оказалось, нет, но для ее приготовления в холодильнике было все необходимое. Рита (именно так звали девушку), в очередной раз улыбнулась мне, потом мужу, пошла на кухню. Почему-то я пошел за ней...

Рита поставила на плиту старую чугунную сковороду, кинула на нее кусок масла. Затем спросила меня, сколько яиц мне готовить, и как - глазунью? Болтунью? На этот вопрос я ни разу в жизни не ответил сразу. Выбрал болтунью. Девушка мигом взболтала четыре яйца, посолила и вылила на сковороду.

Запах яичницы сразу протрезвил меня. Рита сказала, что пойдет узнать, будет ли яичницу Игорь и выбежала с кухни.

И не вернулась. Когда я доел яичницу, вытер сковороду оставшимся кусочком хлеба, я вышел в зал. Там все еще не было посетителей, лишь Рита сидела на коленях Игоря. Они целовались... Видимо, с того самого момента, как Рита оставила меня на кухне.

Они заметили меня в дверях и улыбнулись, нехотя оторвавшись друг от друга.

- Ребят, - сказал я, - яичницу будете?